Едва начинается лето, берега и острова наших рек покрываются палатками «дикарей». Не хочет наш народ ехать в Ниццу — своя природа нам дороже! Большая часть моих знакомых предпочтет привычный «дикий» отдых любому цивилизованному курорту, даже если им за это доплатить. Что может сравниться с рассветом на реке, густой пеленой утреннего тумана или теплым июльским дождем?

Однако такой всенародный подход к отдыху создает и определенные неудобства — приезжаешь на реку, а стать некуда! Везде палатки, жены, тещи, дети, собаки и пруты, пруты, пруты… С помощью этих прутов народ между отдыхом ловит потихоньку леща. Так себе, не особо напрягаясь и радостно встречая упоительный звонок бронзового колокольчика или звук трещотки «Невской» катушки.
Большая часть рыболовов хорошо знает, что лещ — крупная плоская рыба с невероятно вкусными жареными ребрышками, за которые, как сказал один мой товарищ, «можно и Родину продать». Я лично леща до такой степени не люблю, поэтому специально (до определенного времени) не ловил. Начал уделять ему внимание в тот период, когда после глобального дефицита круп (когда все хапуги нахватали их мешками и тоннами про запас) прошло пару лет. За эти пару лет в мешках с горохом, гречкой, пшеном и всем, что было поставлено в кладовые граждан, завелась масса жучков и моли, приведших запасы в закромах в непригодное к употреблению состояние.
Когда мне сдали первый мешок круп со словами: «Ты, мол, ездишь на рыбалку, скормишь рыбе», — я обрадовался. Рыболовы, помнящие то время, подтвердят, каких усилий стоило найти килограмм пшена, а тем более — панировочных сухарей! Когда же «бакалейными подарками» заполнился весь балкон, жена заявила: «Либо я, либо твои термитники с жуками!»
Поскольку я выбрал жену, то крупы пришлось вывозить. Как раз и случай подвернулся — выдалась свободная неделька, а товарищ с машиной не отказался десантировать меня на реку. Следующим утром с двумя мешками прикормки в виде невероятной смеси всевозможных круп, резиновой лодкой и эскортом из туч озверевшей моли мы выехали из Киева. По дороге на стройке в районе санатория «Жовтень» аккуратненько набрали два мешка глины…
Так сложилось, что я ужасно люблю рыбачить на островах, но с таким количеством корма… Переправляться через Днепр пришлось в три приема.
Еще не разбив лагерь, в самом большом котелке (аж 3 литра!) поставил варить горох. Спокойно установил палатку, разобрал снасти. Несложный математический подсчет показал, что с такой пропускной способностью котелка мне, чтобы сварить всю кашу, придется сидеть на острове если не до пенсии, то, во всяком случае, до осени… Принимаю радикальное решение — отсыпав немного пшенной крупы, замачиваю все остальные крупы прямо в мешках, опустив в реку.
В этих местах я рыбачил не один раз и четко знал, что в период с 14 до 17 часов обязательно выхвачу пару-тройку лещей из протоки между островами, чем и обеспечу себе сытный ужин и знаменитые ребрышки. Бывали дни, когда клев был чуть лучше или чуть хуже, но лещ проходил здесь всегда. Собрав два прута, забросил снасти в протоку и к вечеру заработал своего честного «васыля» и одного подлещика.
Собственно меня бы и такой клев устроил, но с невероятным количеством бакалеи нужно что-то делать… Посему, расстелив на берегу пленку, высыпал мешок глины и, усердно работая ногами, вмесил в нее мешок круп, пролежавший в воде пол дня. Тут был и горох, и гречка, и пшено, и перловка — всего не перечислишь… В результате у меня получилось с десяток прикормочных шаров размером… с ведро! Половину тут же вывез на лодке и обработал «глубинными бомбами» участок дна на расстоянии заброса донок.
На следующее утро, после такого количества вброшенного корма я, конечно же, рассчитывал поймать очень много и очень крупной рыбы… Но ничего подобного не произошло: лещ подошел, как обычно, после двух часов дня. И хотя я поймал трех хороших (более 2 кг) рыб, все равно расстроился, поскольку теория — «как покормишь — так поймаешь» — не работала. Единственной надеждой на ее состоятельность был тот факт, что последний лещ клюнул намного позже обычного времени прохода стаи. Я решил не сдаваться и снова опустил в то же место пять «глубинных бомб», пролежавших весь день в тени.
На третий день утром лещ опять не клевал, но с обеда… вдруг начался аншлаг — поклевки следовали одна за другой! Сначала я перестал забрасывать второй прут. Чуть позже на оставшийся перестал цеплять колокольчик, поскольку время между поклевками составляло не более минуты…
Что вам сказать! Адреналином я пропитался, наверное, на всю жизнь и остановился лишь тогда, когда в садке совсем не осталось вакансий. А клев не прекращался! Поклевки продолжались и вечером, и ночью… В результате пришлось извлечь из воды снасть, а чтобы сберечь улов — пол ночи привязывать каждую рыбу на отдельную леску и размещать вдоль берега.
Само собой разумеется, что такого количества рыбы мне было не только не съесть, но и не увезти, а впереди оставалось еще 4 дня рыбалки… Что делать? Ответ нашелся быстро. Достав из воды второй мешок круп, я замесил его, как и предыдущий, а затем скатав шары размером с небольшой арбуз, аккуратно опустил их с лодки на расстоянии заброса удочки.
Я перешел на ловлю «болонской» удочкой, хотя и не знал, что в будущем мой «телескоп» с дальним забросом будет называться именно так. Удилище — 4,40, катушка — безынерционная «Дельфин», поплавок — скользящий, леска — 0,25 мм, крючок — №7… Поскольку опарыш к тому времени давно окуклился, пришлось ловить на червя, настроив снасть так, чтобы наживка слегка волочилась по дну.
Наверное никогда больше не испытать мне таких ярких эмоций и ощущений, как в те дни, когда бронзовых красавцев можно было таскать на удочку и совершенно не переживать, что вот сейчас ОН сойдет, а потом когда еще такого увидишь… Растягивая остатки корма, я упражнялся в ловле леща на поплавчанку до конца недели и впервые в жизни отпускал пойманную рыбу… с чистым сердцем и ни о чем не жалея!
Так что рыбацкая мудрость: «Как покормишь, так и поймаешь», — очень я вам скажу правильный и тонко подмеченный штрих в портрете «отпускного» леща!

Борис Саксонов, г. Киев

1) хватательные с крючками или без крючков (язь, жерех и др.);
2) хватательные, но с жевательной площадкой (тип леща)”.

У судака, окуня и щуки зубы служат для схватывания и удержания добычи, которая затем целиком поступает в желудок. Лещ же, схватив рыбешку губами, тщательно ее перетирает, так что в желудке у него можно найти лишь “кашу” из перетертых мальков. По моим наблюдениям, чаще других лещ схватывает мальков судака, очень многочисленных в это время. Иногда с лодки видно, как их проносит мимо. Головой судачки стоят против течения и, чтобы удержаться на струе, активно работают хвостами, но справиться с течением им не всегда удается.
Язя, охотящегося за мальком, видно по бурунам и разводьям. В азарте погони он выпрыгивает из воды и, пролетев строго горизонтально, довольно тихо уходит в глубину. Лещ охотится своеобразно: хватая рыбешку, он беспорядочно крутится. В такие дни можно рыбачить поверху с поплавком-грузом, который на Оби зовут “бакулкой”. При этом чаще берут язи. А при ловле с обычным грузилом попадается в основном лещ.
Интересно, что за много лет на блесну не попалось ни одного зараженного ремнецом леща или язя. Надо полагать, что на течении хищный образ жизни может вести только здоровая и сильная рыба.
Обычно через 8—12 дней после того, как “пошел” малек, лещ переходит на свою традиционную пищу, блесну же берет очень редко, вяло и чаще сходит. А вот язь попадается на тех же самых местах до середины августа. Казалось бы, вопрос ясен:
нехватка кормов и некоторые другие обстоятельства заставляют леща поедать малька, брать блесну. Но, пожалуй, это не все. То в июне, то в августе, то есть в течение всего летнего сезона, мне удавалось ловить на самую мелкую блесну некрупных подлещиков. Правда, эти уловы носят пока случайный характер.
От разных рыболовов мне приходилось слышать, что зимой лещ попадается на блесну при ловле в отвес судака. Это вообще кажется невероятным! Возможно, в биологии леща есть какая-то закономерность, заставляющая его становиться хищником?
Мои попытки найти другие стоянки и тропы хищных лещей не увенчались успехом, но в том, что “уловистая полоса” на Оби не одна, я не сомневаюсь.
Для ловли с берега местные спиннингисты чаще пользуются мощными стеклопластиковыми или самодельными дюралевыми удилищами, оснащенными инерционными катушками типа “Невская”. К основной леске диаметром 0,5 миллиметра привязывают поводок 0,4 миллиметра и так называемый “выброс” — отрезок лески диаметром 0,7— 0,8 миллиметра и длиной около 2,5 метра, на который приходится вся сила рывка при дальнем забросе, поскольку вес грузила достигает 65—100 граммов. На барабане катушки надо обязательно иметь несколько витков выброса. Такая снасть по-своему гармонична и позволяет делать заброс до 100 метров и более.
Для ловли с лодки, когда не требуется дальний заброс, пользуются легкими стеклопластиковыми удилищами и безынерционной катушкой открытого типа, более тонкой (0,25—0,3 миллиметра) леской, грузилом весом до 50 граммов. Выброс не нужен. Рекомендую очень хорошую отечественную катушку “Орион-001”.

В оснастку вводится поводок. При ловле с берега с инерционной катушкой примерно в метре от грузила крепят поводок длиной от 1,5 до 4 метров — в зависимости от веса грузила и силы течения. Чем тяжелее грузило, тем длиннее поводок (он не должен настораживать рыбу), и чем сильнее течение, тем короче поводок (во избежание зацепов). Когда же ловят с лодки снастью с безынерционной катушкой, поводок не превышает 1,5 метра.
Поводок крепят к леске петлей между двух узлов. На этот способ крепления следует обратить внимание: он не дает поводку закручиваться за леску, а если это все же произойдет, достаточно резкого рывка, чтобы ликвидировать перехлест. Хороша такая оснастка еще и тем, что все узлы вяжутся быстро.
Для охоты на леща нужна вращающаяся блесна с желтым лепестком длиной до 3 сантиметров. Тройник № 10 маскируют белым кембриком на цевье и пучком красных ниток. Крючки желательны потоньше. С ухудшением клева переходят на более мелкие приманки.
Язь предпочитает блесну с медным узким лепестком и тройником с красным кембриком на цевье, без ниток.
Желателен примерно такой набор блесен: белый лепесток из нержавейки, белый кембрик, крючки без ниток — для ловли поздней осенью и на озерах; медный или латунный лепесток, красный кембрик, крючки без ниток — для охоты на язя; медный лепесток, белый кембрик, двойной крючок прикрыт красными нитками — к этим блеснам неравнодушен судак; желтый лепесток (латунь), выкрашенный с изнаночной стороны красным лаком, белый кембрик, крючки прикрыты красными нитками — универсальная блесна; желтый лепесток, красный кембрик, тройник без ниток — на леща, язя.
По сравнению с живым мальком вращающаяся блесна кажется в воде довольно громоздкой, поэтому предпочтительны мелкие блесны, особенно при ловле белой рыбы, однако в периоды жора, а также в мутной воде, на большой глубине и сильном течении лучше применять более крупные блесны.

У нас речь пойдет о ловле леща исключительно “на игру”, то есть на мормышку без мотыля, лишь с подсадкой на ее крючок искусственных материалов.

ловля лещаХотя прикормка и может сыграть свою положительную роль при ужении леща, все же важнее обнаружить скопление рыбы на каком-то участке водоема. Тогда рыбалка будет успешной и без прикормки, которая может понадобиться лишь для того, чтобы задержать на месте быстро уходящую стаю леща.

На водохранилищах лещ держится вблизи обширных ям, затопленных русел рек и оврагов, где глубина превышает 5 метров, и редко выходит на более мелкие места. Иногда в сильные оттепели и весной поднимается к свежей воде, стоит вполводы. На реках эта рыба придерживается русловой части обширных глубоководных плесов со слабым течением.

В соответствии с этими условиями подбираются элементы снасти. Приведенные ниже рекомендации можно корректировать исходя из общей ситуации на водоеме, особенностей погоды, активности рыбы и даже с учетом темперамента самого рыболова.

Поскольку ловить придется, привлекая рыбу лишь игрой искусственной приманки, ее движения должны имитировать шевеление природных кормовых объектов, привычное рыбе. Как показали наблюдения, в водоемах Подмосковья зимой рыба питается мелкими ракообразными (циклоп, дафния, мормыш), мотылем и другими личинками насекомых: ручейника, веснянки, вислокрылки, стрекозы, поденки. Эти мелкие организмы перемещаются в толще воды с помощью ритмичных движений, и у каждого конкретного вида водных организмов они имеют свою частоту. Вот этот тип движения и будет имитировать игра мормышкой, важно лишь в каждом конкретном случае подобрать частоту игры в зависимости от того, какой кормовой объект преобладает в рационе рыбы данного водоема в данное время.

Для этого все элементы снасти (кивок, леска, приманка) должны по возможности идеально гармонировать друг с другом. На практике это означает, что, например, толщина лески соответствует как ожидаемому трофею, так и глубине места ловли, весу приманки. В то же время леска и приманка вместе должны соответствовать упругим качествам кивка. Иными словами, слишком толстая леска, обладающая определенной плавучестью, и слишком легкая приманка не позволят достичь большой глубины, при этом вся энергия колебаний кивка пойдет на взаимодействие с леской, которая в этом случае будет иметь значительную слабину. Кивок можно считать подходящим для условий ловли, если опущенная на нужную глубину приманка сгибает его своим весом не менее чем на 30 градусов от горизонтального положения.

Несколько слов об удильнике. Он должен быть легким, хорошо сидеть в руке, не утомлять рыболова. В этом смысле хорошо зарекомендовали себя удильники, спроектированные по принципу “катушка-рукоятка”. Необходимо только, чтобы диаметр катушки был достаточно большим, тогда не произойдет излишнего “кольцевания” намотанной лески, можно будет быстрее подматывать леску при переходе с места на место.

Леща можно поймать на любую из известных мормышек, но среди них есть наиболее уловистые. На первое место хотелось бы поставить приманку “нимфа”, сконструированную по принципу нахлыстовых приманок. Для ловли леща пригоден тяжелый вариант, который выполняется из оловянно-свинцового сплава на крючке № 3,5, изогнутом особым образом.

При игре такая мормышка кроме поступательно-колебательных движений, сообщаемых кивком, совершает синхронные колебания вправо-влево за счет неустойчивого положения кембрика-крыла в потоке воды. Кембрик-крыло имеет вид тонкого колечка толщиной 0,2-0,4 миллиметра, сделанного из хлорвиниловой изоляции черного цвета с внешним диаметром 3 и диаметром отверстия 1,5 миллиметра. Игровой кембрик (белый, желтый или оранжевый) выполняется в виде такого же тонкого колечка – среза от изоляции диаметром 2 миллиметра; при колебаниях мормышки он будет совершать возвратно-поступательные движения по крючку между крылом и стопором. Полный набор описанных движений приманки в воде хорошо имитирует плывущий живой организм, провоцируя рыбу на поклевку.

“Нимфа” хороша еще и тем, что обладает высокой уловистостью при низкой частоте колебаний кивка (1-2 в секунду), а это очень важно при ловле с большой глубины, когда слишком частые колебания кивка плохо передаются мормышке из-за значительного трения лески о воду.

Хорошие результаты дает ловля на мормышку “плоская”, выполненную из тяжелого сплава в виде пластинки толщиной 1-1,5 миллиметра. Тело ее окрашивается в черный цвет. Длина приманки относится к ее ширине как 3:2. Оптимальное соотношение этих параметров при ловле леща (в миллиметрах) 7:4,5. На крючке № 3,5-4,5 свободно перемещается желтый кембрик длиной 1,5-2,5 миллиметра, движение которого ограничивается стопором. Подвешивают мормышку на леске горизонтально.

При проводке само тело такой приманки будет играть роль крыла, совершающего целый ряд различных колебаний. При этом кембрик синхронно перемещается по крючку.

Более всего известна рыболовам, практикующим ловлю без насадки, приманка “чертик”. При высокой активности рыбы клев на него бывает хорошим, но все же по результативности “чертик” уступает “нимфе” и “плоской”, особенно в глухозимье. По форме тела приманки “чертик” можно условно разделить на две группы: короткие и длинные. У коротких отношение диаметра тела в самой широкой части к его длине не превышает 1:2, у длинных может достигать 1:7. Для ловли леща обычно применяются приманки, у которых это соотношение колеблется от 1:3 до 1:5 при весе приманки 0,4-0,8 грамма.

Тело “чертика” обычно окрашивают в черный цвет, но бывает успешным и применение приманок коричневого, красного и зеленого цвета. Выше мормышки на леску иногда надевают 1-2 бусинки белого, желтого или красного цвета. Все три крючка мормышки следует оснастить свободно передвигающимися по ним отрезками кембрика, ограничив их перемещение стопорами.

Почему рыба хорошо клюет на эту приманку, до конца не ясно. Играет она в воде довольно вяло. Думается, весь секрет в том, что у приманки несколько крючков, колебания от которых в воде рыба воспринимает как движение ножек или усиков реального водного организма. На реке Гжать в Смоленской области, где активно ловился некрупный, 150-300-граммовый подлещик, я провел опыт: удалил у “чертика” один крючок – клев на приманку с двумя оставшимися крючками продолжался с той же интенсивностью; удалил еще один – поклевки практически прекратились.

Основной технический прием при ловле без насадки – проводка, которая заключается в ритмичном, без сбоев и остановок, в такт с колебаниями кивка, подъеме мормышки со дна. Как правило, при ловле леща из-за значительной глубины частота и амплитуда колебаний невелики. Резко и беспорядочно дергающаяся приманка настораживает леща.

Окончив проводку, следует возвратить мормышку на натянутой леске в исходное положение, не допуская свободного падения приманки. Поклевки леща довольно часты во время медленного подъема или опускания мормышки без игры. В отдельные дни большая часть его поклевок происходит более чем в метре ото дна. Как правило, в это время клев на мотыля со дна очень плохой.

После окончания проводки следует задержать снасть в верхнем положении. На некоторых водоемах лещ берет приманку лишь в этот момент. И как только кивок слегка вздрогнет, должна последовать быстрая, но не сильная подсечка. В первое мгновенье лещ, попавший на крючок, ощущается как “мертвый” зацеп, поэтому сильная, размашистая подсечка обычно приводит к обрыву лески. Как правило, в лунке, где это произошло, клев прекращается.

Обычно же поклевки леща во время проводки бывают самыми разными: то кивок слегка вздрогнет, то качнется вниз, то поднимется вверх. Это зависит от того, с какого положения лещ хватает приманку. Во всех случаях необходимо сразу подсекать.

Мелкого леща, попавшего на крючок, можно быстро тащить вверх. Крупного леща сначала держат на месте, гася мощные рывки, затем начинают вываживать, а в конце подхватывают в лунке багориком. Бывает, что после подсечки рыба как бы впадает в оцепенение и спокойно идет вверх. В этом случае нужно быть готовым к тому, что лещ, почувствовав свет или коснувшись нижней кромки льда, совершит отчаянный рывок изо всех своих нерастраченных сил. Здесь успех поединка будет зависеть от выдержки рыболова, от его умения аккуратно укладывать леску около лунки во время вываживания, так как, возможно, придется не один раз подтягивать и сдавать леску обратно, утомляя рыбу.

Ловля леща “на игру” -занятие эмоционально насыщенное по многим причинам: это и непредсказуемость финала при каждом поединке с рыбой, и величина трофеев, которых удается взять на тонкую леску, и т.д. У этого способа ловли становится все больше приверженцев.

Лещ слишком хорошо известен каждому, чтобы во всех подробностях описывать его наружность. Он легко отличается от других сродных с ним рыб чрезвычайно высоким, как бы сплющенным, телом, составляющим около 1/3 всей длины, черноватыми плавниками и 29-ю лучами в длинном заднепроходном плавнике, который, несомненно, как и у камбал, играет как бы роль киля и придает лещу большую боковую устойчивость. Голова у него небольшая, рот очень мал. Мелкие лещи, называемые обыкновенно подлещиками, однако, всегда значительно уже и продолговатое старых особей, имеют относительно большие глаза и представляют некоторое сходство с густерой, от которой, впрочем, с первого взгляда отличаются своими темными плавательными перьями. Цвет тела тоже изменяется с возрастом: молодые лещи серовато-белые с серебристым отливом, потом они постепенно темнеют и получают буроватый или черноватый цвет с золотисто-желтым отливом, который к старости увеличивается. Подлещик до 600 г весом имеет бело-серебристый цвет; затем он начинает сереть, а серые плавники его чернеют. Вместе с переходом из серебристого цвета в платиновый замечается под горлом и на животе розовый оттенок, который всего интенсивнее, т. е. ярче, бывает ранней весной.

Это – нижневолжские синяки, вероятно, двухлетние особи; трехгодовалые лещи уже принимают желто-золотистый оттенок, более темный на спине, но большей частью золотистую чешую имеют крупные лещи. У последних, кроме того, золотистая радужина принимает коричневатый оттенок. По этим причинам, основываясь также на различном времени нереста, многие рыбаки отличают три породы лещей: самую мелкую – серебристую, среднюю – черноватую и самую крупную – желтую. Цвет леща много также зависит и от свойств воды, в которой он обитает, и в прудах и озерах он бывает всегда темнее, чем в реках. Самцы обыкновенно многочисленнее самок, меньше их ростом и во время нереста легко отличаются по желтым бородавкам, покрывающим почти все их тело; самые крупные бугорки развиваются на голове и у больших экземпляров величиной более булавочной головки; самые мелкие замечаются на чешуе и плавниках. По окончании нереста эти бородавки исчезают, но у некоторых молошников остаются, по-видимому, до осени. Кроме того, во время нереста у самцов места около плавников опухают и делаются наросты красного цвета.
Лещи достигают очень значительной величины, и это в связи с их необыкновенной многочисленностью дает им едва ли не самое важное место в ряду прочих карповых рыб. Обыкновенно они имеют от 30 до 45 см длины и весят до 4-5 кг, но изредка попадаются гиганты более 70 см в длину, 32 см в ширину, 9 см в спине и 8-10 кг весом. Такие лещи имеют буровато-желтый цвет, и чешуя на них величиной с серебряный двугривенный. Крупными лещами особенно славятся низовья и самые устья Днепра, Дона, также некоторые местности Оки и Самары, многие озера, как, например, оз. Селигер, Лыжмозеро и пр., но в низовьях Волги они очень редко достигают 2,5-3 кг веса, что, вероятно, зависит от каких-либо особых неблагоприятных условий. Это доказывается тем, что и прежде, в 50-х годах, лещи были немного крупнее, чем в настоящее время. Самые громадные лещи встречаются, кажется, в озерах Шотландии, где, как говорят, они бывают иногда до 12, даже 16 кг веса, но и у нас также встречаются подобные великаны. По крайней мере Терлецкий свидетельствует, что в озере Вировля, Городокского уезда, Витебской губ., ему случалось видеть лещей в 16 кг весом. Такие матерые лещи бывают всегда покрыты значительными бородавками и наростами, особенно на голове и у плавников, а чешуи их темно-красного цвета и местами подернуты как бы седым мхом, вероятно, водорослями. Отсюда само собой разумеется, что продолжительность жизни леща должна быть значительно более 8-9 лет, как это полагает Геккель, основываясь на словах дунайских рыбаков. Обыкновенно только на 3-м или 4-м году лещ достигает величины 800 г, но в кормовых озерах он растет значительно быстрее.
Распространение леща довольно обширно. Коренное местопребывание его – Средняя и Восточная Европа; на юге и Крайнем Севере его нет, и он не встречается в Италии, Испании, Исландии, также в северной Швеции и Лапландии. В России он водится почти всюду, но на севере гораздо более редок, чем на юге, и, надо полагать, появился там в относительно недавние времена, вероятно, в 18-м столетии, через каналы. Здесь он водится как в Северной Двине, так и в северных озерах, но в Печерском крае уже весьма редок. В Сибири леща вовсе нет, и он встречается только в некоторых зауральских озерах, куда был пересажен из Уфы и Чусовой. Однако в низовьях Сыр-Дарьи и в самом Аральском море лещи довольно многочисленны, хотя и не в такой степени, как в Каспийском, Азовском и Черном; впрочем, они живут только в северных, наименее соленых частях этих морей. Собственно говоря, в открытом море лещи почти никогда не встречаются; по мнению рыбаков, они слепнут от соленой воды, а потому и в море придерживаются речной воды.
Лещ встречается почти во всех реках, за исключением небольших каменистых и быстрых речек, и во многих больших и заливных озерах. Холодной воды он также избегает, и этим объясняется его относительная редкость в некоторых реках юго-западной (напр., Днестре, Буге) и северной России и отсутствие в альпийских озерах Западной Европы. На Кавказе он тоже, по-видимому, принадлежит к редким рыбам. По крайней мере до сих пор лещ найден только около Ленкорани и в озере Палеостоме. Вообще он любит тихую, теплую воду с песчано-иловатым или глинистым дном и потому всего чаще обитает в заливах рек и в проточных озерах. Особенно многочислен лещ на взморье, в устьях больших рек, где собирается огромными массами со второй половины лета. Осенью часть их снова входит в реки и выбирает там глубокие ямы, иногда малейшие углубления дна в затишьях, и залегает там на зиму; но большая часть низовых лещей остается у взморья и, надо полагать, мечет позже, нежели зимующие в устьях. В средних и верхних течениях рек лещи зимуют в глубоких местах заливов и проточных озер, и осеннего хода их, как это бывает на нижней Волге и, вероятно, в других южнорусских реках, здесь уже вовсе не замечается.
Во всякое время года, кроме лета, лещи живут большими стаями: бывали, да и до сих пор бывают случаи, что в одну тоню захватывают в низовьях Волги и на взморье до девяноста, даже до ста тысяч штук лещей. Весной, во время нереста, лещи разбиваются на мелкие стаи, обыкновенно по возрастам, и начинают снова собираться большими рунами с конца июля или в начале августа. Нередко также встречаются помеси леща с другими рыбами из рода Abramis, а также с воблой и густерой, что происходит от того, что как время, так и места нереста этих рыб почти одинаковы.
Своим постоянным пребыванием лещ выбирает в реках глубокие заводи, еще чаще глинистые ямы под крутоярами; в травянистых же местах они держатся в реке главным образом во время нереста, но в озерах и особенно в прудах кормятся б. ч. около камышей и тростников, очень любят они также т. н. гречишницу (Polygonum). Вообще лещ любит глинистое, немного иловатое, но не тинистое дно, иногда, напротив, слегка хрящеватое (под ярами), но на песчаных местах встречается сравнительно редко, хотя некоторые и полагают, что он предпочитает песчаное дно какому-либо другому. Вероятно, это мнение произошло от того, что подлещики действительно держатся б. ч. на песке. В сентябре они, впрочем, уже подходят к глубоким местам на зимовку, но ложатся всегда отдельно от лещей. Взрослые лещи встречаются на песчаных местах только мимоходом, б. ч. по ночам, во время своих переходов для поисков пищи. При обилии последней они, впрочем, редко и далеко не ежедневно выходят из своих ям и жируют на месте или поблизости, изменяя этой привычке только после паводка. Пути лещей на жировку пролегают в реке, по наблюдениям Терлецкого, по самым глубоким местам, по оврагам, ямам и лоточинам, которых они старательно придерживаются. При этом стадо лещей всегда почти идет длинной вереницей, имея во главе вожаков, поднимаясь к поверхности при встрече с очень волнистой или неровной местностью. Более подробные сведения о местопребывании лещей читатель найдет далее, при описании мест ужения этой рыбы.
Если лещей не беспокоят, они живут очень долго на одном месте. За редкими исключениями, эта рыба вполне оседлая, которая только по необходимости бросает раз облюбованное место. В некоторых исключительных случаях лещи, однако, совершают летом довольно далекие странствия вниз по реке, следуя за барками, сплавляемыми с зерном и в особенности с постным маслом. В Оке, например, считающейся лещевой рекой, за каждой баркой с постным маслом следует огромное стадо лещей, мне известно, что близ Каширы бывали случаи, что за остановку такой барки в удобном для ловли неводом месте платили судовщикам несколько десятков рублей.
Это, однако, весьма осторожная, пугливая и смышленая рыба. Даже при незначительном шуме, в самый разгар нереста, лещи уходят из залива и уж более не возвращаются в него, по крайней мере в этом году; будучи захвачен неводом, лещ редко перепрыгивает через него (как видно из самого склада, он не может делать больших прыжков), а лежит смирно на дне, ложится боком и, если дно имеет неровности и углубления, нередко успевает подвернуться под нижнюю тетиву. Это вялая и ленивая рыба; движения ее медленны и тяжелы; она большей частью держится на самом дне тихих и неглубоких вод и замечается на поверхности б. ч. во время нереста, реже в другое время года. Плавится лещ обыкновенно тихими вечерами, особенно после продолжительного ненастья. Местами на реках стаи лещей периодически выходят на мель, преимущественно в тихие пасмурные дни, причем нередко плывут до самой поверхности. Точно так же лещи полощутся на мелях от жары, особенно перед грозой, даже в полдни. Всего чаще наблюдают лещей во время т. н. падения метлы, которая составляет самую лакомую его пищу. Главным образом они кормятся, однако, водяными растениями, особенно белыми корнями ситника, водорослями, а также червяками и различными личинками и насекомыми, вместе с которыми часто глотают и самый ил, в котором их отыскивают. Весной, до нереста,- в марте и апреле – лещи, несомненно, истребляют много икры другой рыбы, особенно в прудах и озерах,- щучьей и окуневой. Кроме того, они очень любят линючих раков, которых иногда вытаскивают из нор. Судя по тому, что лещи очень часто держатся в тех местах реки, куда ходит на водопой скот, надо полагать, что они, подобно карпам, кормятся и животными извержениями. По замечанию некоторых рыбаков, лещи в озерах любят очень т. н. суровую воду, текущую из лесу.
На юге, на Украпне, лещи весьма охотно держатся около так называемых “сажей”, т. е. больших свинарен, в которых откармливаются свиньи. Сажи эти часто делаются над водой, куда попадают и извержения животных и остатки их пищи.
Крупные лещи делаются добычей только самых крупных щук и сомов. Изредка, впрочем, они подвергаются нападениям скопы, которая большей частью становится жертвой своей смелости. Так, напр., в 1871 году была поймана под Москвой, на Москве-реке, скопа, увязившая когти в 5,5-килограммовом леще.
Так как лещ любит медленное течение и довольно теплую воду, то этим отчасти объясняется нередкость у него различных внутренних и наружных паразитов. Из первых всего чаще бывают у него плоские ленточные глисты, а из последних – карпоед (Argulus). Кроме того, в жаберной слизи леща очень часто попадается весьма оригинальный паразит из отряда червей-сосальщиков, т. н. Gyrodactylus elegans, хвост которого имеет вид диска со множеством крючков по краям. Величина его, впрочем, весьма незначительна.
На юге России нерест леща начинается обыкновенно со средины апреля. В низовьях Волги ход лещей начинается, впрочем, еще с половины февраля (Яковлев) – всегда подо льдом и обыкновенно перезимовавшие в реке идут метать далее вверх, а лещи весеннего выхода мечут у самого взморья, в поемных местах. Валовой ход здесь около средины апреля, и последним идет самый мелкий – “синяк”. В средней и северной России лещи мечут не ранее первых чисел мая, но во всяком случае они перед самым нерестом разбиваются (в верховьях иногда и собираются) в стаи одного возраста, т. е. трехгодовалые с трехгодовалыми, четырехлетние с четырехлетними и т. д., что вообще замечается у большинства других стайных рыб. У лещей это разделение по возрастам выражено еще яснее, так как каждый возраст нерестится несколькими днями ранее или позднее другого. Перед нерестом лещ темнеет, что зависит от увеличения числа точек черного подкожного пигмента, а у самцов голова покрывается более крупными, туловище – более мелкими беловатыми бородавочками, имеющими вид сыпи.
Вообще в России (за исключением небольших речек, где встречаются только мелкие лещи) различают три главных периода нереста этой рыбы, которые отделены один от другого семи-, десятидневными промежутками. Обыкновенно рыбаки, которые занимаются ловлей лещей по преимуществу во время нереста их, дают лещам разной величины различные названия, заимствуемые от праздников, с которым совпадает нерест, от деревьев, которые распускаются или цветут в то время, и, наконец, других рыб, которые мечут икру одновременно с ними. По-видимому, прежде всех трутся самые мелкие трехгодовалые лещи, а оканчивают нерест самые крупные. Нерест этих рыб во всех местностях продолжается около месяца и, надо полагать, совершается каждой особью не сразу, а в несколько приемов.
Лещи мечут икру всегда на травянистых отмелях, в неглубоких заливах, иногда также в тальниках, затопленных водой.
Кроме низовьев рек, они нерестятся недалеко от всех мест своей постоянной оседлости, но все-таки, несомненно, поднимаются для этой цели вверх по течению на несколько, даже на десятки километров, смотря по местности и состоянию воды. Судя по некоторым наблюдениям, надо полагать, что сначала в местности, удобные для нереста, приходят самцы, отличающиеся, как сказано, меньшим ростом и многочисленными бородавками, а вскоре вслед за ними являются и более (?) осторожные самки, которые всегда крупнее и втрое, даже вчетверо малочисленное молошников. Нерест каждой стаи продолжается обыкновенно 3-4 дня, но в дурную погоду он значительно замедляется: лещи снова уходят на глубину, а с разливом (в нижней Волге) – обратно в русло и выметывают всю икру в первый ясный день. При продолжительном ненастье зрелая икра лещей теряет свой зернистый вид и уже не может быть выметана. Эта, так называемая икряная болезнь еще чаще замечается у осетровых рыб, но у них редко имеет важные последствия, между тем как у лещей она, по-видимому, большей частью оканчивается смертью.
Если погода благоприятствует нересту и никакой шум не смущает спокойствия этой рыбы, лещи каждый вечер после заката подходят к травянистым берегам, собираются сотнями, тысячами, особенно в низовьях рек, и каждую ночь подымают такой шум и плескание, что его слышно на весьма далеком расстоянии. Кто наблюдал только игру карася и плотвы, тот не может себе представить, с какой силой шлепаются, падая плашмя в воду, огромные 2-4-килограммовые лещи и, без сомнения, лесканъе, или лясканье, характерное для этой рыбы, послужило поводом к ее названию – лещ, или лящ.
Желтоватые яйца леща довольно многочисленны; в 2,5-килограммовой самке насчитывается почти 140000 икринок, и эта плодовитость объясняет, почему он, несмотря на преследования человека, хищных рыб и птиц, почти не уменьшается в численности. Икра почти всегда прикрепляется к водяным растениям, оставшаяся же на поверхности живо подбирается прожорливыми чайками и крачками (из pp. Larus и Sterna); для развития ее обыкновенно требуется не менее ±10° по Реомюру, но оно идет довольно быстро, и зародыш выклевывается из оболочки яйца через 8-10 дней, так что в непродолжительном времени во всех заливах, где лещи метали икру, появляются мириады молодой рыбы. В низовьях Волги она показывается около 5-6 мая. Молодь эта растет, особенно на юге России, крайне быстро: по моим наблюдениям, к осени она достигает 9-11 см длины (полной меры), а годовалый подлещик очень часто бывает значительно более 15 см и в три года становится уже настоящим лещом, весит иногда более 800 г и заключает в себе зрелую икру и молоки.
Выметав икру, лещ некоторое время “жирует”, т. е. кормится на местах нереста, но вскоре сваливается в ямы, где и начинает брать на удочку. В озерах лещи возвращаются с мелких мест в глубину, где и держатся все остальное время года огромными стадами. В реках же (хотя бы и больших и глубоких, кроме низовьев), они, выметав икру, дробятся летом на незначительные косяки в несколько десятков или сотен голов и даже разбиваются в одиночку. В низовьях рек, например Волги, лещ вскоре после нереста скатывается вниз в море, а в июле – снова начинает идти вверх на зимовку, и этот вторичный его ход продолжается до холодов. В устьях Волги, на взморье всего более собирается леща на 4-метровой глубине. В реке он, по свидетельству В. Е. Яковлева, не ложится в ямы, а скопляется на неглубоких песчаных особенно “застружистых” местах (т. е. где ложе идет ступенями). Впрочем, лещ никогда не засыпает крепко и в теплую зиму часто бродит взад и вперед.
Изо всей “бели”, куда относятся все карповые и некоторые другие рыбы, лещ занимает почти первое место. Особенно важное значение и наибольшую ценность имеет он в средних и верхних течениях больших рек, также в реках второстепенной величины, вообще там, где лов красной рыбы, т. е. осетровых, сравнительно незначителен и подвержен многим случайностям. Впрочем, в низовьях Волги, Дона и Днепра все-таки ловится несравненно большее количество лещей, особенно в осеннее время, когда они собираются огромными массами в устьях этих рек и на взморье.
За исключением низовьев больших рек, а также некоторых больших озер, лещ, подобно сазану, едва ли не чаще достается в добычу удильщикам, чем профессиональным рыбакам с неводами и другими снастями, которые ловят его преимущественно весной, незадолго или во время нереста. Ужение леща принадлежит к числу наиболее трудных и требует от рыболова много знания, сноровки, приготовлений и терпения. Поймать леща не менее трудно, чем карпа, хотя вытащить его из воды сравнительно весьма легко. Можно даже сказать, что в средней полосе России, где сазанов нет или они редки, ужение лещей считается чуть ли не самым высоким рыболовным спортом и имеет очень многих любителей. Эти так называемые “лещатники” занимаются с весны до поздней осени, с небольшими перерывами, специально ужением лещей и нередко достигают в этом настоящей виртуозности.
Место ужения. По самой форме своего тела лещ должен избегать быстрого течения и, напротив, придерживаться тиховодья. Кроме того, осторожность заставляет его выбирать своим постоянным пребыванием глубокие места, более или менее недоступные неводам, а потому распространение леща довольно спорадично, то есть на значительном пространстве реки он может вовсе не встречаться. Лещи не любят мест с ровным песчаным дном и бывают здесь только проходом: им тут и голодно, и небезопасно. Тем не менее могут нравиться им реки с каменистым ложем, всегда почти очень быстрые. Таким образом, есть много рек, даже судоходных, где они редки, и, наоборот, есть реки, которые могут быть названы лещевыми. Большей частью последние отличаются твердопесчанистым, слегка иловатым или же глинистым ложем; такое дно способствует образованию глубоких ям на заворотах, под ярами, и уступов, т. е. дает лещам защиту и от течения и, главное, от невода. Однако там, где леща сильно ловят во время нереста, мешая ему размножаться, например в Москве-реке, несмотря на все представляемые ею удобства, он встречается сравнительно с другими реками Окского бассейна довольно редко, настолько редко, что здесь лещи ловятся и на удочку, и снастями, можно сказать, почти случайно.
Вообще лещ встречается и большую часть года живет почти в таких же местах, как и сазан, однако менее ломистых и иловатых, почему обе породы и встречаются вместе довольно редко. Лещ любит в особенности ямы с глинистым дном, уступами или с большими глыбами глины; довольно охотно держится он также в ямах около мостов, между сваями и устоями, в старых мельничных омутах. Всего многочисленнее бывает лещ в таких местах реки, где находится ряд больших глубоких ям с небольшим течением. Отсюда он выходит жировать на более мелкие места, имея возможность при малейшей опасности скрыться в ближайший омут. Правильное ужение лещей совершается там, где они живут постоянно, а не там, куда они ходят гулять,- по той причине, что эта рыба очень ленива и выходит из ям весьма нерегулярно – при недостатке пищи, перемене погоды и т. п. Впрочем, весной”, пока еще лещ не установился и бродит по реке, его иногда, если позволяет дно, глубина воды и течение, бывает выгоднее ловить на не особенно глубоких местах с ровным песчаным дном, разумеется, с прикормкой – так называемым нотингэмским способом. Самые крупные лещи, несомненно, держатся около крутых глинистых берегов, т. е. под крутоярами.
Таким образом, леща следует искать главным образом на глинистых и слегка иловатых, самых глубоких местах реки. На чистых песчаных местах он встречается непостоянно, хотя в реках, текущих в песчаном ложе, разумеется, должен довольствоваться лишь глубиной. В некоторых случаях лещи выбирают для становища глубокие, всегда илистые затоны и заливы, но в большинстве речные лещи избегают глубокой тины, и такие заводи служат им лишь временным местообитанием. Напротив, в прудах и в большей части озер эти рыбы по необходимости придерживаются глубоких и почти всегда тинистых участков, в более или менее значительном отдалении от берегов и травы, к которым подходят лишь по ночам для жировки. То же и в реках, но здесь они привлекаются не столько травой, сколько береговой мутью, образуемой прибоем, в которой находят себе разных червей и личинок. Поэтому в небольших реках с глинистыми или черноземными берегами лещи, а тем более подлещики замечаются около берегов днем в случае сильного ветра и волнения, размывающего плодородную почву. Рыбаки говорят, что “ветер выбивает со дна лещей”.
О присутствии леща, отчасти о его количестве, можно, бывает, судить по его характерному “плаву”. Перед грозой, в жары, а также в ветреные и облачные дни лещи поднимаются кверху, чтобы затем опять скрыться в глубине. При этом они высовывают сначала морду, потом спинной плавник, наконец, хвост, “который отбрасывают иногда, при всплеске, набок. Нередко также они показываются и на мелях, хотя больше по ночам. Кроме того, леща можно отличить от других рыб, особенно в реке, по его громкому чмоканью, издаваемому ртом и похожему на звук, получаемый от сжатия губ и втягивания в себя воздуха. Чмоканье это, или чваканье, происходит от сосания им верхних, молодых побегов растений, также корней ряски. Чаще всего удается наблюдать это кормление в затонах и курьях. Некоторые опытные рыболовы могут определить присутствие леща в данном месте по мелким пузырям, которые он пускает, роясь на дне. Как бы то ни было, ловить лещей, не убедившись в том, что они имеются в данном месте и притом в достаточном количестве, не стоит. Воронежские лещатники употребляют для этой цели весьма оригинальный и, по правде сказать, мало заслуживающий доверия способ узнавать, есть ли лещи. Они производят усиленный шум, проезжая в лодке и барабаня в ней по сухой дощечке, положенной на две чурки. По прошествии некоторого времени после переполоха, произведенного между подводными обитателями подобной музыкой, лещи будто бы выходят на поверхность и начинают играть и плавиться.
Время года. Ужение лещей начинается с ранней весны: на прудах вскоре вслед за тем, как растает лед, а на речках после того, как они войдут в берега. Но этот ранний весенний клев до нереста, как и у других рыб, известен очень немногим, так как он и кратковременен, и неудобен, хотя проголодавшиеся за зиму рыбы берут очень верно и ловля может быть очень добычлива. Под Москвой, в прудах (напр. Люблинском), лещи начинают брать в апреле, около средины. Настоящий клев начинается у них, однако, слишком на месяц позднее – спустя неделю или две по окончании нереста, очень редко в средине мая, а большей частью в конце мая или в начале июня, иногда запаздывая до 10-15 числа. На юге, конечно, весенняя ловля, сообразно времени нереста, начинается на две или на три недели раньше, чем под Москвой, б. ч. в начале мая или даже в конце апреля. Таким образом, клев после нереста в средней полосе России делается уже летним, и главная ловля леща производится в июне, когда на юге она уже кончилась. Продолжается она 2-3 недели, редко более, во всяком случае прекращается до первой декады июля.
Второй или, вернее, третий период ужения будет на юге летним, а у нас может назваться осенним. Лещи, отъевшись после нереста, перестают брать на месяц или больше, лишь изредка попадаясь в пасмурные, ветреные или грозовые дни. В Киевской губернии они начинают снова клевать с средины июля, на севере же б. ч. в августе. В это время лещи уже начинают собираться в стада и, при знании мест и привычек рыбы, можно ловить ее весьма удачно в течение августа и сентября в не меньшем, если не в большем количестве, чем после нереста. Но осеннее ужение лещей известно не всем рыболовам, и некоторые из них даже думают, что лещи осенью не берут вовсе. Известны случаи, что даже под Москвой попадались на удочку крупные лещи в октябре, но обыкновенно после заморозков берет только мелкий лещ и подлещик. Зимой лещ попадается на удочку лишь случайно, в оттепели, и, кажется, его скорее можно поймать на голые крючки – “самодером”, чем на приманку, разумеется, там, где он стал на зимовку. Зимует лещ или на ямах, или – еще чаще – на умеренной глубине, там, где глинистое дно идет уступами. Впрочем, местами очень недурно ловится зимой (на мотыля) мелкий подлещик. Верно одно, что лещи не впадают в спячку, подобно сазану, сому, и не зарываются в ил, как линь и карась.
Время дня в ужении леща не имеет такого важного значения, как для ловли сазана. Лещ может брать и утром, и вечером, и в полдень, и среди ночи, и время клева его зависит от местных условий, большей или меньшей осторожности рыбы и от того, когда ее приучили являться на прикормленное место. В некоторых местах можно ловить лещей целые сутки, в других – вечером или утром. Однако нельзя не заметить, что после нереста лучший клев бывает большей частью утром, хотя и не ранним – с 6 ч. утра; когда же разрастается трава-крупный лещ берет только очень рано утром, до восхода, и очень поздно, на закате, особенно в полнолуние, в тихие и теплые ночи. Под Москвой лещ в некоторых прудах, напр. в Измайловском, берет только ночью, между 10- 12 часами, и рано утром, с 1 часу до 2 или до 3. В других, напр. Люблинском, замечаются (в июне) три периода клева: от 2 до 6 часов утра, затем с 10 до 12 или до 1 пополудни, наконец, с 6-7 вечера до 10-11 ч. ночи. По всей вероятности, даже везде можно достигнуть того, что леща удается ловить в течение целых суток, во всякое время дня и ночи, хотя и с разным успехом, если только знать, где в данное время находятся его стаи, или, еще лучше, если иметь несколько разновременно прикормленных мест. Везде, однако, исключая времени, следующего за нерестом, днем крупные лещи попадаются редко, разве во время ветра или после теплого дождя. Как уже было замечено, ночью лещи подплывают к самым берегам, а потому всего удобнее ловить их прямо с берега. Некоторые для привлечения лещей советуют разводить на берегу костер. Не отрицая пользы огня в качестве приманки, я думаю, что огонь еще полезнее для того, чтобы рассмотреть довольно слабые колебания поплавка или лески заброшенных удочек, и что костер удобнее может быть заменен фонарем с сильным рефлектором.
Погода. Значительное влияние на успех ночной ловли имеет по той же причине лунный свет. Лещи очень хорошо берут в полнолуние, с восходом месяца, в то время, когда большая часть других рыб перестает брать. Я приписываю успех ночного ужения при лунном свете главным образом освещению и большим удобством ловли. По другим наблюдениям, напротив, лещи (днем?) не берут вовсе дня два накануне полнолуния и дня два позднее. Клев в обычных местах прекращается также на “молодую” и дня два после нарождения нового месяца. Несомненно, фазы луны сильно влияют на образ жизни лещей, но влияние это еще представляет много темного. Я полагаю, что в эти периоды, т. е. на новый месяц и в полнолуние, лещи выходят из ям на мели и к берегам.
По словам Венивитинова, на ямах лучшие уловы лещей бывают ночью, в лунные ночи (в полнолуние), на мелких же местах – в новолуние и в первую четверть. Между рыбаками существует поверье, что лещ раз в месяц обязательно идет в разгул и что время это совпадает с теми днями, когда он метал икру, по мнению же других – с фазами луны, что, впрочем, одно другому не противоречит.

Л.П. Сабанеев

При ловле донками применение традиционной для Подмосковья и рек средней полосы тяжелой кормушки, набитой липкой пшенкой, с парой крючков, на которые насажены червь или опарыш, на Нижней Волге широкого распространения не получило. Обнаружив плотную стаю активно кормящихся лещей, волжские рыболовы с успехом ловят на обычную закидушку без всякой кормушки. Только “окский вариант” лещовой донки с насадкой небольших кусочков несоленого сала и замуровыванием крючков в липкую прикормку из пшенки с конопляным семенем в тяжелой 150-граммовой кормушке нашел одобрение среди волжских доночников. Сало -100%-ная лещовая насадка – даже в здешних местах при изобилии вездесущей мелочи позволяет откалибровать улов – попадается в основном лещ, крупная густера, изредка крупный карась и сазан.

Ловля на бортовые удочки эффективна при использовании стационарных кормушек Такую кормушку – сетчатый мешок емкостью 20-30 л. набитый хлебом, зернами и прочей снедью и утяжеленный грузом из пары кирпичей, опускают на дно, пометив точку затопления буйком. Лодку ставят на якорь рядом с буйком. Ловят бортовыми удочками на червя, кукурузу, геркулес. Снасть – короткий удильник с “Невской” катушкой, скользящий груз 40-60 г, леска 0,3 мм, кивок из часовой пружины, поводок длиной около полуметра из лески 0,25 мм.
Ловля бортовыми удочками особенно результативна на просторных плесах, где лещи зачастую держатся на большом расстоянии от берега и никакими донками их недостать. Порой лещатники выходят на рыбалку целой флотилией. Лодки стоят всего в нескольких метрах друг от друга. Рыбы хватает всем – стаи волжского леща могут насчитывать не одну тысячу особей. Такую картину не раз наблюдал я в Трехречье. где на одном и том же полуострове из года в год стоит бригада лсщатников в составе как минимум 10-ти,а то и 20-ти палаток.

Один из самых эффективных методов ловли леща с лодки – старинное знаменитое ” кольцо”. Снасть эта широко распространена и в низовьях Оки, и в Поволжье, и на Нижней Волге. Потрясающая простота и магическая уловистость в некоторых районах привели к тому, что ловля “на кольцо” приравнивается к браконьерству (на мой взгляд, абсолютно незаслуженно)
.

В правилах рыболовства Астраханской области запретов на эту спасть я не нашел, а потому коснусь чуть-чуть подробнее сути метода.

Рыболов устанавливает лодку на якоря чуть выше буйка, обозначающего место расположения лежащей на дне тяжелой сетчатой кормушки с прикормкой. Буек изымается в лодку, а шнур, идущий к кормушке, натягивается. Осталось приготовить простейшую снасть, изображенную на рисунке. Состоит она из бортовой удочки с катушкой и кивком, специального грузила в виде разъемного свинцового кольца весом 60-80 г, бусинки, вертлюжка да поводка с крючком. Длинный, до полутора метров, поводок – ключевой элемент снасти. На таком поводке насадка мягко и медленно колеблется в струе у самого дна. Размер крючка выбирается в зависимости от вида и размера насадки. Толщина основной лески может достигать 0,30-0,35 мм, поводка – 0,20-0,25мм. Кольцо замыкается на шнуре, идущем к кормушке, па крючок насаживается насадка: червь, опарыш, пареная перловка и т.д. – на выбор. Все!

Подготовка к ловле закончена. Осталось только опустить кольцо по шнуру прямо на кормушку и. следя за кивком, ждать поклевки. Вся хитрость снасти в том, что ловля осуществляется непосредственно в струе прикормки и, конечно, эффективность ее в этом случае очень высока. Время от времени рыболов потряхивает кормушку, дернув пару-тройку раз за шнур, чтобы “пустить муть” и освежить ароматную струю прикормки, привлекающую рыбу. Наконец, почуяв прикорми, к кормушке подходит стая крупного леща. Для рыболова наступает волшебное время, когда поклевки следуют одна за другой и на звенящей леске вновь и вновь ворочается золотисто-бронзовая рыбина. Вместе с лещом на такую снасть попадается самая различная белая рыба, начиная от воблы и густеры и заканчивая крупным сазаном. Пусть “кольцо” – не самый спортивный способ ловли леща, если не переходить черт)’ между промыслом и рыбалкой в удовольствие, на мой взгляд, ничего страшного в его применении нет, не было и не будет.

А.А. Чернушенко

Как только река пойдет в полой, лещи устремляются в заливы и заливные озера. В это время можно отменно половить поплавочной удочкой, подбрасывая насадку к подтопленным кустам и пучкам травы. Поставив лодку бортом к кустам ивняка и стараясь лишний раз не шуметь на небольшой глубине, вооружайтесь поплавочной удочкой с бегущей оснасткой (”матч”, “бологнез” и т.п.) и вас ждет отменная ловля леща и другой белой рыбы. Насадки – червь, опарыш, сладкая кукуруза. Глубина ловли от полуметра до двух.

После половодья, когда река уже входит в берега, лещ снова тяготеет к участкам с течением, но на сильной струе не стоит – чаще держится в заливах и затонах на глубинах 4-б метров. Здесь на дне расположены россыпи мелкого ракушечника дрейссены, любимого лакомства леща. Ловят в это время обычно с лодки, на бортовые удочки или на туже донку. Предварительная прикормка совершенно не повредит. Можно применить сетчатую кормушку, утяжеленную парой камней, а можно попросту замесить прикормку в глиняные шары и опустить под лодку.

Ближе к августу на палящей жаре вода в заливах и затонах начинает цвести. Лещ вновь выходит на струю. Лучшее время ловли крупного леща в августе – теплые летние ночи. В ночной рыбалке есть своя завораживающая магия. Таинственные звуки ночи, звон колокольчиков, блеск золотой чешуи крупного леща в свете фонарика – настоящее таинство. Зачастую летом лещ предпочитает растительные насадки – пареную перловку, кукурузу, геркулес, но и от червя отказывается редко, так что экспериментируйте смелее, и удача будет с вами.

Ближе к осени стаи леща становятся все плотнее, клев его усиливается. Хорошо ловится он и днем, и ночью. Вновь предпочтение стоит отдавать животным насадкам.. Места ловли все те же: свалы песчаных кос на сильном течении с глубинами от 3 до 6 (8) метров.

С первыми заморозками лещ уходит в глубину, поближе к руслу. Вновь ловят его с лодки, вновь в ход идут бортовые удочки. Ловля продолжается вплоть до самого ледостава.

Как показывает опыт, на правильно выбранном месте применение кормушки увеличивает количество поклевок леща. Прикормка, используемая для ловли, должна быть рассчитана на медленное размывание на течение. В состав ее стоит ввести побольше ароматизаторов. Можно использовать как готовые смеси, так и самодельные – на Нижней Волге рыба не избалована. Насадки при ловле на фидер все те же – червь, пучок опарыша, кукуруза, перловка, пареный горох. Вес кормушки следует подбирать в зависимости от силы течения, чаще всего он колеблется от 40 до 60 (80) г, а поэтому и удилище следует выбирать повышенной мощности, позволяющее выполнять дальние забросы и оснастки и бороться с крупной рыбой на течении.

Мое любимое удилище – Connoisseur-Z Leger фирмы Daiwa с тестом 20-80 г. Лескуя использую плетеную, чаще всего это Power Pro диаметром 0,06-0,12 мм, тонкую леску меньше сносит на течении, а прочность около 5 кг, вполне достаточна для данного вида ловли. Поводок лучше применить из монолески диаметром 0,23-0,25 мм, размер и форма крючка выбирается в зависимости от вида насадки

Попытки при ловле крупного леща избавиться от надоедай вой мелочи путем целого ряда экспериментов наконец увенчались полным и абсолютным успехом, когда дело дошло до применения бойлов. Решение 1 оказалось столь эффективным и радикальным, что на сегодняшний день бойлы диаметром 12-16 мм с правильно подобранным ароматизатором я смело могу назвать одной из лучших насадок для ловли леща на фидер. Оснастка для ловли леща на бойлы аналогична карповой с той лишь разницей, что используются более мелкие крючки и более тонкие поводки, а в качестве груза можно с успехом применять все ту же лещовую кормушку.

Иногда, нащупав стаю, я заменяю кормушку свинцовым грузилом, причем груз использую скользящий, благо, ловля осуществляется на одно удилище и нет необходимости ждать самоподсечки рыбы. Что касается ароматизаторов, весной и осенью отменно работают бойлы с запахом червя, в летнюю жару настоящим хитом стали приманки с запахом конопли и фруктов (сливы, клубники). Тактика ловли леща на бойлы несколько отличается от тактики карповой рыбалки, и прежде всего эти отличия касаются прикармливания и приваживания.

Как я уже говорил, лещ на Нижней Волге ведет ярко выраженный стайный образ жизни. А потому прикармливать даже самые что ни на есть “лещовые”, на первый взгляд, места, не зная абсолютно точно, что именно здесь и сейчас кормится лещ – бесполезная трата времени, сил и средств. Еще раз подчеркну: леща надо искать! Обнаружив на рассвете место кормежки лещовой стаи, стоит попробовать половить без прикормки. Две-три поклевки крупного леща за час-полтора – добрый знак И, значит, можно приступать к прикармливанию.

Изводить на течении несколько килограммов бойлов, которые в любом случае положить кучно и прицельно вряд ли удастся даже с лодки, – излишняя расточительность. Вполне достаточно зерновой прикормки, в составе которой кукуруза, пшеница, перловка, хлеб, мелко нарезанный вареный картофель. Все это закатывается в глиняные шары и должно быть отправлено на дно чуть выше по течению относительно выбранного места ловли в количестве как минимум 10-20 кг.

Очень полезная штука – емкая сетчатая кормушка, утяжеленная грузом и оснащенная буйком для точного определения зоны прикармливания. Выставив такую кормушку при ловле с берега чуть выше района предполагаемых забросов, можно отменно ловить в прикормленной струе, словно магнитом собирающей леща. Нащупав правильную рабочую дальность заброса, на леске следует сделать специальную отметку спиртовым маркером. Теперь вы, ориентируясь по ней, будете класть насадку безошибочно в прикормленную зону. При ловле на бойлы, независимо от типа оснастки, не стоит реагировать на слабые поклевки. Подергивания, потаскивания – это только прелюдия. Никуда ваш бойл не денется. Это не червяк – мелочь не страшна. Только верная потяжка или полное ослабление натяжения лески служит сигналом к подсечке. Конечно, никакие бойлы не могут гарантировать поклевки только леща.

Нередкими гостями на крючке будут крупная густера, язь, крупный карась. А иногда на лещовую снасть садится сазанище. И вот тогда начинается настоящее волжское сафари, с бегом по берегу, а то и в воду, с визгом фрикциона, с криками о помощи. И если повезет, гордость победы рыболова, одолевшего тонкой снастью волжского богатыря, переполняя душу, выплескивается за вечерним столом в бокалы друзей и яркой звездой остается на небосводе памяти.